greatzanuda

Сказка о принцессе Лане

Как прекрасно Срединное королевство, волей милосердных богов наделённое плодородным пашнями, густыми рощами и сочными лугами! От жестоких северных ветров его закрывают Сумрачные горы, чьи заснеженные вершины вздымаются до самых лазурных небес. Воды Великого океана, омывающие королевство с юга, защищают его от летнего зноя и приносят восхитительные освежающие дожди. А как блистательно смотрятся рассветы и закаты на побережье!

Но любой, кто побывал в столице, славном городе Алезиме, и увидел юную принцессу Лану, согласится, что она заставляет забыть все красоты Срединного королевства. Кожа принцессы бела и нежна, как лепестки магнолии, волосы, тёмные как ночь, подобны струящемуся водопаду. Большие глаза Ланы сияют как чистейшие сапфиры, а губы её яркие и сочные, как спелый кизил. Гибкий тонкий стан принцессы пленяет взоры, а плавные изгибы её тела сулят неземное блаженство тому счастливцу, кто возьмёт Лану в жёны.

Король Калейя души не чаял в своей дочери. На её шестнадцатый день рожденья он устроил пир, какого ещё не видели в Алезиме. На этот пир Калейя пригласил всех своих родственников, графов и даже соседних королей.

Столы ломились от яств, вино лилось рекой. На празднество пожаловали многие трубадуры, жившие к югу от Сумрачных гор. Их песни в честь прекрасной принцессы услаждали слух гостей. А потом настал черёд подарков.

Отец подарил Лане золотую диадему, украшенную самоцветами, тётя, принцесса Нола, приехавшая в столицу из своего уединённого замка в горах, преподнесла резной рог и сообщила племяннице, что на псарне её отныне дожидается свора лучших охотничьих собак королевства.

Всех поразил граф Каштанового мыса, который выставил перед принцессой шкатулку из лазурита, под цвет прекрасных глаз Ланы. Когда девушка откинула гладкую полированную крышку, заиграла музыка и дюжина крохотных танцовщиц, сделанных из драгоценных металлов, закружилась в дивном танце.

Принцесса закричала от восторга:

— Граф! Это невероятно! Где вы раздобыли эту волшебную вещь?

Но тот лишь улыбался в пышные усы, да поглядывал в сторону короля. Калейя кивнул графу, из чего придворные сделали вывод, что владения Каштанового мыса в скором времени расширятся, а их правитель получит новую почётную должность.

Ещё больше угодил принцессе король Укарима, старый союзник отца. Он хлопнул в ладоши, и в пиршественную залу завели прекрасную белоснежную кобылицу, в чью расчёсанную и заплетённую гриву были вставлены серебряные нити с жемчужинами. Под восхищённые крики гостей лошадь провели к Лане. А Укарима хлопнул в ладоши второй раз и в дверях трапезной появился великолепный чёрный жеребец, чьи ноздри раздувались от ярости, а под гладкой шелковистой кожей бугрились мышцы.

Тут уж принцесса не выдержала и бросилась на шею к правителю соседского королевства:

— Спасибо! Спасибо! Спасибо! Они великолепны, ваше величество! Они просто бесподобны!

После таких незабываемых подарков уже мало кто обращал внимание на драгоценные кольца, браслеты, ожерелья и диадемы от остальных гостей. А зря! В самом конце пира человек, закутанный с головы до ног в пёструю ткань по обычаю суровых обитателей Сумрачных гор, приблизился к Лане и почтительно склонился перед принцессой.

Дождавшись разрешающего жеста, он протянул маленькую коробочку, обитую тёмным бархатом. Открыв её, принцесса увидела серебряный перстень, украшенный замысловатой резьбой. Чёрточки, петли и размашистые завитушки покрывали всю его поверхность, сливаясь в загадочный орнамент, или же в надпись на чужестранном языке. Но глаз притягивала вовсе не она, а большой чёрный агат в круглой оправе перстня. Камень был так тщательно отполирован, что, казалось, скрывал в себе неведомые миры. Лана всмотрелась в его выпуклую поверхность, и на мгновение ей показалось, что её затягивает туда, как в водоворот.

Принцесса сочла перстень занятным, но после всех подарков, которые она получила в этот день, не слишком заинтересовалась вещицей. Будучи хорошо воспитанной девушкой, Лана уже открыла рот, чтобы поблагодарить неизвестного, а потом отложить коробочку на гору украшений, которая скопилась на столике у стены, но загадочный даритель склонился в поклоне и почтительно сказал:

— О, прекрасная принцесса! Прошу тебя, не отвергай столь скромный дар! Знай же, что этот перстень не так прост, как ты думаешь. Он способен исполнить любое твоё желание. Стоит лишь высказать его вслух и прокрутить перстень на пальце, как это желание исполнится.

Удивилась Лана и снова глянула на агат. В чёрном камне отражалась пиршественная зала, и, разглядывая её уменьшенное и искажённое подобие, принцесса почти не расслышала последние слова незнакомца. А говорил он о том, что с желаниями нужно быть крайне осмотрительной.

Человек, одетый северным горцем, пропал так же внезапно, как и появился, а к Лане подошёл отец и поинтересовался, с кем она разговаривала. Калейе голос незнакомца показался знакомым, но король не смог вспомнить, при каких обстоятельствах он слышал его ранее.

Вскоре к девушке подошла её тётя. Принцесса Нола тоже проявила интерес к незнакомцу, но не стала ничего объяснять, когда узнала, что тот исчез…

 

Поднявшись утром с постели, Лана захотела совершить конную прогулку и приказала седлать белоснежную кобылицу. А потом принцесса вышла на балкон и вмиг погрустнела. Небо затянули низкие тёмные тучи, из которых сыпал дождь. Понятно, что в такую погоду скакать на лошади будет не слишком приятно. И тут Лана вспомнила про серебряный перстень.

Подарков было много, и найти коробочку, обитую тёмным бархатом, оказалось непросто. Но принцесса отличалась завидным упорством и вскоре уже держала вещицу в руке. Полюбовавшись замысловатой резьбой и бликами в чёрном агате, Лана надела серебряный перстень на безымянный палец. Потом громко произнесла:

— Хочу, чтобы дождь закончился. Немедленно! И вообще, хочу, чтобы всегда светило солнце и не было этого противного дождя!

Она крутанула перстень на пальце и снова вышла на балкон.

Как раз вовремя! Налетевший неизвестно откуда ветер в клочья раздирал тучи, как ветхую серую ткань. Облачные обрывки метались, сжимались, съёживались и уносились прочь, открывая бездонное голубое небо. А потом показалось яркое солнце, и принцесса радостно закричала:

— Как же здорово!

Белая лошадь, получившая имя Снежинка, оказалась очень резвой и на удивление покладистой. Скакать на ней было легко: Снежинка моментально реагировала на малейшее движение девушки и Лана получила огромное удовольствие от быстрой рыси по ближайшим окрестностям Алезима. Потом принцесса перевела лошадь на стремительный галоп и моментально оторвалась от свиты. Кобылица неслась так, что девушка ощутила себя буйным северным ветром. Скорость опьяняла…

Проведя больше часа в седле, Лана немного устала и захотела отдохнуть. Да и солнце палило немилосердно. Как назло, вокруг виднелись лишь засеянные поля, да лачуги пахарей. Пытаясь высмотреть рощицу с зелёной лужайкой, в которой можно было бы прилечь на травку самой и дать роздыха лошади, принцесса вдруг вспомнила о перстне.

— Что же это я?

Подумав немного, Лана сказала:

— Хочу, чтобы здесь появилось озеро с прозрачной водой. По берегам его пусть растут липы и буки. Возле озера на холме пусть стоит мраморная беседка со скамейками, а перед ней пусть забьёт фонтан!

И провернула перстень на пальце.

В тот же миг пашни и лачуги подёрнулись дымкой и исчезли, а вместо них медленно заплескалась вода. Вокруг новоявленного озера встали, как стражи, зелёные раскидистые деревья. А один из берегов сделался холмом с беседкой наверху.

— Как же здорово! — закричала принцесса и направила лошадь по пологому склону. Белоснежная кобылица, увидев воду, перешла с шага на лёгкую рысь. Вскоре Лана растянулась на скамье, наслаждаясь в тени прохладным ветерком от озера, а Снежинка жадно припала к чаше фонтана…

 

Вернувшись во дворец, принцесса отобедала в своих покоях, потом достала шкатулку из лазурита. Крохотные танцовщицы в разноцветных одеяниях так понравились Лане, что она решила снова обратиться к помощи перстня:

— Хочу, чтобы они стали живыми!

И вот перед Ланой уже кружились в завораживающем танце двенадцать стройных гибких созданий. Казалось, что обычные люди не могут двигаться с такой невероятной грацией. Присмотревшись, принцесса заметила, что танцовщицы и в самом деле не были людьми. Они оказались навами, первородными демоницами здешнего побережья, причём не простыми, а самыми могущественными: каждая из них являлась властительницей собственного месяца!

Осознав, что она натворила, принцесса тут сказала, стараясь, чтобы голос не дрожал:

— Хочу, чтобы они вернулись в шкатулку и снова стали маленькими!

Но навы не подчинились перстню. Более того, эти гибкие создания остановили свой танец, выстроились полукругом перед Ланой и произнесли хором заклинание на чужом языке. Его слова звучали странно и необычно, принцесса никогда бы не смогла повторить такие скрежещущие звуки. А потом навы исчезли в одно мгновение.

Лана растерялась. Она догадывалась, что двенадцать нав, хором читающих заклятие, — это не к добру. Но что делать в такой ситуации? И принцесса побежала в башню звездочётов, в которой жил почтенный Сабио, придворный мудрец. На старости лет ему выпало нелёгкое испытание, стать учителем Ланы. Девушка была не самой лучшей ученицей, к тому же постоянно придумывала всё новые и новые каверзы, чтобы подшутить над мудрецом. К её счастью, Сабио плохо помнил недавние события и на следующий день уже забывал о проделках принцессы.

Когда Лана поднялась по ступенькам башни и вошла в покои мудреца, тот сидел, склонившись над огромным фолиантом. Заглянув через плечо, принцесса увидела страницу, испещрённую древними сакайскими символами. Их девушка так и не освоила, как ни старался мудрец.

Вздохнув, Лана тронула своего учителя за плечо:

— Сабио! Рада видеть тебя в добром здравии. Что ты знаешь о навах?

Мудрец оторвался от книги и почтительно приветствовал принцессу. Затем прошёлся по комнате, заставленной книжными полками и разными научными приборами, и начал рассказывать:

— Боги сотворили нав вместе с этими землями. Они — часть нашего мира, такая же, как горы, реки или Великий океан. Обычно навы бестелесны, но могут принимать вид существ, похожих на женщин, но только более стремительных, гибких и порывистых…

Лана перебила Сабио:

— А что будет, если дюжина главных нав соберутся вместе?

Мудрец рассмеялся:

— Вы, наверное, вспомнили поговорку, в иронической форме повествующую о невозможном событии? «Когда двенадцать главных нав сойдутся вместе», говорят в том случае, когда хотят иносказательно сообщить о том, что никогда не произойдёт…

Принцесса снова прервала своего учителя:

— Нет же, Сабио! Никаких иносказаний! Что будет, если главные навы и в самом деле окажутся в одном месте в одно и то же время?

— Но это же невозможно! Когда-то главные навы разделили между собой месяцы. С тех пор они встречаются парами лишь в тот момент, когда, положим, розовник меняет смажник, или там, налетник заканчивается и начинается ютровник. Оказаться в одном месте в одно и то же время они не смогут, ибо такое противоречит самой природе вещей!

Лана прикусила губу. То, что говорил мудрец, уже начинало её пугать. Она посмотрела Сабио прямо в глаза и спросила с мольбой в голосе:

— Ну а если вдруг?

Учёный муж, поймав её взгляд, вдруг остолбенел, потом подбежал к стеллажу и начал водить пальцем по выцветшим корешками из бычьей кожи.

— Вот оно, кодекс Сурмона Сакайского.

Выхватив фолиант, мудрец перенёс его на свой стол и расстегнул замок на обложке. Потом Сабио принялся бережно перелистывать огромные страницы, нашёл нужную и прокашлялся. Затем торжественно зачитал:

— Пророчество Снидера Ромара.

 

Двенадцать сестёр-демониц

Собрались в одной из столиц.

Заклятие нав из эфира

Есть гибель текущего мира.

 

Подняв голову, мудрец глянул на принцессу и важно произнёс:

— Очень любопытный текст. Сам Сурмон Сакайский относил его к утраченному героическому эпосу, но некоторые комментаторы…

— Спасибо, Сабио! Ты мне очень помог!

 

Оставив мудрец наедине с его книгами, Лана побежала из башни. Пока девушка перескакивала со ступеньки на ступеньку, сердце её начало колотиться всё сильнее и сильнее. Предчувствие беды стесняло дыхание. Казалось, что воздух вокруг загустел, и каждый шаг приходилось вымучивать, как будто она прорывалась сквозь невидимую паутину.

«Что же делать?» — спрашивала себя принцесса и не находила ответа.

И тут её осенило! Ведь королю Калейе голос человека, подарившего серебряное кольцо, показался знакомым. Может, он вспомнит? Тогда она найдёт незнакомца, похожего на обитателя Сумрачных гор, и будет молить его о помощи!

 

Из малой приёмной выскочил высокий статный мужчина. Повернув к принцессе покрасневшее лицо с поджатыми губами и сузившимися глазами, он кивнул на ходу и быстро зашагал к выходу.

Лана с трудом узнала Тарима, графа Солнечной равнины. Этот вельможа был самым молодым из королевских наместников и, пожалуй, самым симпатичным из них. Но ещё никогда принцесса не видела его таким разгневанным.

Войдя в приёмную, девушка увидела, что отец ходит по залу и разговаривает сам с собой. Приблизившись, Лана услышала:

— Каков нахал! Да я его…

Тут король заметил дочь. Принцесса сделала реверанс, положенный правилами придворного этикета, потом сказала:

— Здравствуйте, батюшка! Что тут у вас приключилось?

Калейя поцеловал дочь в лоб и махнул рукой:

— Я сам не понимаю! Этот наглец посмел утверждать, что кто-то из моих людей согнал крестьян из его провинции со своих земель, разрушил их дома, разорил пашни, а на их месте вырыл пруд и насыпал холм. А на холме ещё поставил беседку с фонтаном. Но это же бред! Кому понадобится такое?

Лана прикрыла рот рукой, чтобы не сказать лишнего. Надо же было так удружить отцу и графу Солнечной равнины! А теперь ещё и крестьяне лишились домов! И как же она не подумала сразу!

От стыда щёки девушки покраснели, и она отвернулась от Калейи. Но король был так раздосадован спором с графом, что не заметил смущения дочери.

Собравшись с мыслями, принцесса спросила:

— Батюшка! Вы обмолвились вчера, что голос того человека, похожего на горца с севера, показался вам знакомым. Ведь так?

Калейя задумался, потом кивнул. А Лана продолжила:

— А вы не вспомнили, кто это мог быть?

Король сморщился, как будто у него внезапно заболели зубы, и нехотя ответил:

— Я не уверено, но… Лучше тебе поговорить со своей тётей…

 

К счастью, принцесса Нола ещё не уехала. Зайдя к ней в покои, Лана застала тётю на балконе. Женщина грустно смотрела на берег Великого океана, а в руке её девушка заметила белый кружевной платочек.

— Тётя Нола! Прошу вас, ответьте! Кто был тот незнакомец, который подарил мне вчера серебряный перстень? Он ещё был закутан в пёструю ткань…

Когда женщина повернулась, Лана заметила, что глаза её покраснели, а лицо чуть припухло. Нола вернулась в комнату, присела на скамью с резными спинкой и подлокотниками и предложила племяннице занять место рядом с ней.

— Он был самым талантливым выпускником Магической академии… Он шутя прибирался во дворец, чтобы увидеть меня, и никакая охрана не могла его остановить. Он всегда умел развеселить меня, и я влюбилась в него, как простая девчонка. Он был таким…

И тут тётя расплакалась.

Лана не знала, как успокоить женщину, и просто погладила её по волосам. Вскоре принцесса Нола уже взяла себя в руки и продолжила:

— А вчера я узнала его голос, хотя даже не слышала, о чём он говорил. Я разглядела его фигуру даже через это маскарадное тряпьё… Но он не захотел со мною говорить…

— Тётя Нола! Кто он? Это очень важно!

— Великий магистр Арманталь. В прошлом — Верховный маг Срединного королевства.

Лана попыталась вспомнить, где слышала это имя. Кажется, его упоминал Сабио…

— А за что папа изгнал его из Алезимы?

Тётя поджала губы, помолчала, но всё-таки ответила:

— Он просил моей руки. Калейя посчитал это неслыханной дерзостью и вышвырнул Арманталя из королевства.

Сердечко Ланы забилось, как бешенное. Вот, значит, как! Чтобы отомстить Калейе, Арманталь подарил ей волшебный перстень, и теперь из-за этого весь мир на краю гибели. Но что же делать?

— Тётя! Хочешь снова встретить Арманталя? Тогда помоги мне, пожалуйста!..

 

Великий магистр, доставленный во дворец магией перстня, не слушал Лану. Он грустно глядел на Нолу. Девушка почувствовала себя лишней и вышла на балкон.

Хоть день и близился к закату, солнце палило нещадно. Обычно в это время уже набегали облака и приносили в Алезиму желанную прохладу. Посетовав на погоду, принцесса вдруг вспомнила, что и в этом виновата только она. А кто ещё утром потребовал, чтобы всегда светило солнце и не было дождя?

Чувствуя, как неприятно похолодело в животе, Лана сказал:

— Хочу, чтобы погода в Срединном королевстве сделалась такой же, какой она была вчера, позавчера и в любой другой день, кроме сегодняшнего.

А потом девушка подняла голову и с ужасом убедилась, что ни одного облачка на небе так и не появилось. И здесь она всё испортила!

Лана уже готова была разреветься, но тут на балконе появились Нола и Арманталь, взявшиеся за руки.

— Плакать не нужно, девочка! Слезами горю не поможешь.

Голос Великого магистра звучал так убедительно и так музыкально, что девушка сразу обрела присутствие духа. А маг продолжил:

— От тебя потребуется сделать невозможное — до полуночи уговорить богиню судьбы отменить предначертанное. Для этого тебе понадобится верный спутник, способный не дрогнуть перед лицом богов и защитить тебя, если понадобится. Знаешь такого?

Девушка задумалась, потом вспомнила рассерженного графа Солнечной равнины, выбегавшего из малой приёмной королевского дворца. Тарим! Он не побоялся выступить в защиту ничтожнейших из своих людей перед самим королём. Да и вообще он был красавцем!

— Знаю! Тарим.

Арманталь хмыкнул, словно подслушав мысли принцессы, и заговорщицким тоном сказал:

— Помни, времени осталось — в обрез. Вы должны сделать так…

 

По горной долине неслись со своими седоками легконогая белая лошадь и яростный чёрный жеребец. Оглянувшись, Лана с облегчением заметила, что горцы, упорно преследовавшие их, наконец-то отстали.

Богиня судьбы обитала в призрачных чертогах, расположенных в глубине Сумрачных гор. К несчастью, её дворец защищало такое мощное заклятие, что магия перстня не могла доставить Лану и её спутника в его пределы.

Переместившись в укромную долину, названную Арманталем, принцесса и граф разглядели вдалеке мерцающие башни и направили к ним своих скакунов. Но вскоре со склонов ближайшей горы с ужасающими криками начали сбегать вооружённые люди, замотанные в пёстрые ткани. Пришлось поворачивать обратно.

Тарим приметил обходной путь, сбил с ног нескольких горцев, преграждающих его, и они с Ланой помчались через подлесок. Обернувшись, граф пустил на скаку с полдюжины стрел. Девушка не видела, попал ли он хоть в кого, но через некоторое время погоня осталась далеко позади.

Уже почти стемнело. Они поднялись по косогору, ежесекундно рискуя упасть в незаметную рытвину. Принцесса получила с помощью перстня два зажжённых факела, но их света явно не хватало. К тому же, два пятна света оказались слишком заметными для горцев и где-то недалеко снова послышались их воинственные крики. Приходилось скакать, полагаясь на удачу и чутьё лошадей.

Оказавшись на развилке, там, где в речушку впадал ручей, Тарим с сомнением огляделся. В темноте все горы казались одинаковыми. В какую сторону направляться? А вопли преследователей звучали совсем рядом.

Тут Лана воскликнула:

— Пусть же сама богиня судьбы направит наших лошадей!

Прокрутила на пальце перстень и пустила Снежинку в галоп. Граф Солнечной равнины направил чёрного жеребца следом. Бешенная скачка во мраке, лишь немного освещённом метущимся пламенем факелов, казалось бегом по лезвию ножа. Одно неверное движение — и ты обречён. Но вскоре перед ними замаячили призрачные чертоги…

 

Оставив скакунов не рассёдланными во дворе, Лана и Тарим взбежали по хрустальной лестнице и бросились в зал, чьи высокие узорчатые двери были приоткрыты.

Чертоги богини освещались волшебным светом, лишённым видимого источника. В его мягком сиянии невозможно было определить размеры зала. Приметив женщину в белых одеждах, сидящую перед прялкой, принцесса опустилась на колени и взмолилась:

— О великая Сопорта! Сжалься над нами! Спаси этот мир от заклятия нав!

Не поворачивая головы, богиня судьбы спросила:

— А какой мне в том прок?

Лана, не раздумывая, закричала:

— Я готова отдать свою жизнь!

Девушку тут же поддержал Тарим:

— А я — свою!

Сопорта тихо засмеялась, захватив две нити:

— На что мне ваши жизни? Они и так у меня в руках!

Потом она повернула голову, увенчанную мерцающей серебряной диадемой, и окинула принцессу быстрым, но цепким взглядом:

— У тебя — перстень Рока. Отдай его мне.

Лана подчинилась.

Положив серебряную вещицу на ладонь, богиня судьбы вгляделась в чёрный агат, погладила пальцем замысловатую резьбу и улыбнулась.

— Сколько людей владело этим перстнем и не могло уразуметь, что все желания, которые он исполняет, не благо, а проклятие. Ваш Арманталь — тот ещё проказник!

Сопорта подняла голову и уставилась куда-то в сторону:

— Во дворе стоят прекрасный чёрный жеребец и белоснежная кобыла. Подарите их мне!

Принцесса сделала реверанс и проговорила:

— С радостью, о, великая! Примите их, как мой подарок от чистого сердца! Я готова на всё, лишь бы спасти наш мир!

Богиня судьбы снова улыбнулась:

— Успокойся, дитя! Вашему миру ничто не угрожает. Вы можете безбоязненно вернуться домой.

Но тут в разговор вступил Тарим:

— Но у нас теперь нет лошадей, а в долине небезопасно.

— Пройдите через двери слева за моей спиной, и вы окажетесь в Алезиме.

Лана поклонилась, прижав руку к сердцу:

— Спасибо, о, великая! Я никогда не забуду твоей доброты!

Граф Солнечной равнины тоже поблагодарил богиню, а потом они с принцессой прошли через двери и внезапно очутились на площади перед королевским дворцом в Алезиме. С неба сыпались мелкие капли, но в кои-то веки Лана очень радовалась дождю…

 

Вскоре в Алезиме сыграли одновременно две свадьбы. Король Калейя отдал руку своей единственной дочери графу Солнечной долины. А ещё он, скрепя сердцем, разрешил брак принцессы Нолы с Великим магистром Арманталем.

В королевском дворце устроили бал, на котором блистали обе принцессы. Танцы длились до самого утра, а потом новобрачные отправились в свои покои. Выйдя на балкон, Нола взяла своего законного супруга за руку и спросила:

— Я всё же не могу понять: зачем навам понадобилось уничтожать наш мир? Ведь они — такая же его часть, как и мы.

Арманталь хитро улыбнулся:

— А кто тебе сказал, что они собирались это делать?