Инуварк

Перст Теура

 

Перст Теура

Если вы решите изучить язык рекийской империи, то с лёгкостью обнаружите одну особенность — в нём не встречается слово милосердие. Поэтому нет ничего удивительного в том, что когда имперские войска захватили город Бурканд, то горожане, которые понадеялись на великодушие завоевателей, остались не у дел. Ведь вихрем прошедшая рекийская армия не щадила никого, оставляя после себя одни разрушения. Совсем за короткий срок город изменился до неузнаваемости: храм Теура разрушен, фермерские хозяйства и ремесленные мастерские разорены, а зеленные насаждения покраснели раньше осени.

Можно подумать, что в истории о том, как рекийская империя захватила мирный городок, нет ничего особенного. И если бы в повествовании не говорилось о Бурканде, то вы бы оказались правы. Ведь этот город казался обычным только на первый взгляд. На его многочисленных фермах не разводили овец и свиней, местные фермеры отдавали предпочтения кальмарам. Конечно, буркандские моллюски не могли похвастаться вкусным мясом, но их чернила славились на весь свет. Также Бурканд не страдал от недостатка гончарных мастерских. Но ведь не за горшками сюда приесжали заморские купцы. Торговцев больше интересовали изделия единственной в мире книгопечатной мастерской. Что же касается городского храма, пусть он не ломился от наплыва паломников, но в умении составлять магические договоры его жрецы не знали себе равных.

Так что, в борьбе за Бурканд было рановато ставить точку, ведь правившие городом последователи Теура не собирались так просто уступать власть. И те немногие из них, что смогли уцелеть, укрылись неподалёку от города в тайном храме у жерла потухшего вулкана. Это укрытие было гораздо старше города. Оно основано в те далекие времена, когда первые адепты Теура скрывались от многочисленных гонений иноверцев.

Но даже в убежище жрецы не могли чувствовать себя в полной безопасности. Ситуация вынуждала действовать без промедления, и ночью в тайном храме состоялся совет последователей Теура. Первым взял слово верховный жрец Хеорг:

— Братья мои! Не забывайте о Теуре — покровителе Бурканда. Ясно же, что действия империи не останутся не замеченными нашим повелителем.

Но все было не так просто. Жрецы, покидая Бурканд, видели бесчинства имперских войск. В их души закрались сомнения, по поводу преданности Теура к своему городу:

— Глупо сидеть сложа руки, надеясь на помощь нашего бога, ведь именно из-за этого мы и потеряли город.

На другую реакцию Хеорг и не рассчитывал. Бурканд строился в не менее опасные времена, чем сейчас, и у его основателей было кое-что припасено на случай войны:

— Я не говорил про бездействие. — чтобы не быть голословным, верховный жрец показал старинный свиток: — Вот он — договор о независимости нашего города.

Этот документ не нуждался в особом представлении. Пять столетий назад, когда первые последователи Теура строили Бурканд, возник вопрос сохранения независимости города в окружении не самых мирных соседей. И жрецы нашли решение этой проблемы в подписании мирного договора с соседними державами. Ведь соглашения заключённые в храмах Теура не имеют срока давности, и любое их нарушение карается смертью.

— Пускай нам запрещено убивать, но не забывайте про договор. Даже не стану напоминать о его истинной силе, — на мгновение Хеорг прервался, чтобы посмотреть на часы и продолжил: — Близится полночь, пора начать ритуал карающего перста.

Конечно, тайные храмы никогда не отличались особой роскошью. И церемониальный зал являлся прямым доказательством этого: стеллажи со свитками, письменный стол со стульям и куча канцелярских мелочей. Все убранство больше походило на заштатную контору, лишь только деревянная статуя Теура говорила о том, что это все-таки был храм. Церемониальным кинжалом Хеорг отрезал у идола указательный палец на правой руке, и продемонстрировал всем деревянный обрубок:

— Перст Теура — вот наше оружие. А теперь сдайте свои именные печати.

Статуя была полой, и верховному жрецу не составило труда сделать из пальца музыкальный инструмент. Хеорг начал играть на самодельной флейте. Производимый звук не предназначался для человеческого уха, и данную мелодию было сложно назвать приятной. Жрецы, дружно взявшись за руки, хором запели, пробуждая вулкан от сна. Их песне не требовались слова так, как Теур и сам прекрасно знал что надо делать. Он ответил на призывы последователей, и спящий вулкан начал пробуждаться. Вид подымающейся лавы мог запросто напугать неподготовленного человека. Стоя на самом краю кратера Хеорг забросил в него заветный перст. Договору с печатями тоже предстояло окунуться в лаву.

Жрецы дождались чуда, Вулкан снова стих и из кратера вылетела птица. Но разочарую всех тех, кто решил что это была жар-птица, она оказалась самым обычным гусём. Теур никогда не повторялся, каждый раз его перст принимал новое обличье. Нынешний вид пальца бога привёл всех в замешательство. Верховный жрец не видел причин прерывать ритуал, он служил не первый год и знал, что его повелитель всегда действует в интересах Бурканда. Взяв на руки птицу, Хеорг обнаружил то, что в клюве гусь держал недогоревшую печать. Лава пощадила перстень, на нем хорошо сохранилось имя владельца. Хозяйкой печати оказалась юная жрица Тамина.

— Наш бог назначил тебя чемпионом! — Сообщил Хеорг девушке, и в голосе его чувствовалась легкая досада.

Но сама Тамина оказалась единственной выжившей жрицей и совсем не ожидала такого внимания со стороны Теура:

— Почему? Я ещё не готова, даже не знаю с чего начать.

Верховный жрец чувствовал, что уже сделал всё что мог, и теперь судьба Бурканда лежала в руках хрупкой девушки:

— Забудь все сомненья. И нужно встретиться с императрицей Марьяной, хоть она и виновна, но Теур всегда предоставляет второй шанс.

***

Герб Бурканда — четырехпалая ладонь. По всему городу были развешены знамёна с её изображением. Но нужны ли пришедшей к власти рекийской империи все эти ненужные символы предыдущих правителей? Поэтому знамёна Теура за короткий срок заменили на имперские флаги со звёздным небом. Только город строился не одно столетие, поэтому полностью избавиться от всех напоминаний о прошлом Бурканда оказалось невозможно. Но императрица не унывала по этому поводу. С течением времени имперские идеалы вытеснят из памяти горожан все эти иллюзии о лучшей жизни, навязанные жрецами Теура. Поэтому Марьяна спокойно обживалась в своих новых владеньях. В качестве временной резиденции была выбрана городская библиотека. Выбор казался странным, но дворец книг оказался предпочтительней, нежели скромные кельи жрецов. Тем более разница между читальным и тронным залом, при наличии походного трона, заключалась только в названии.

Но даже здесь вдалеке от родного дома, Марьяна не изменяла своим правилам. И это утро, как обычно, посвятила любимому делу — вышиванию крестиком. Когда в детстве её обучали рукоделию, никто даже не мог представить, насколько это занятие полюбится будущей императрице. Ведь вышивание помогало ей хотя бы на время уйти от повседневных забот. Но краткие часы спокойствия были нарушены капитаном Антоником:

— Ваше величество! Разрешите обратиться.

Императрица, сохраняя безмятежный вид, продолжала вышивать:

— Не ори так громко, и если действительно важная информация — просто подойди ближе.

Капитан догадывался о том, что Марьяна, хоть и не показывает виду, находится в дурном расположении духа, и ему не стоит надеяться на что-то хорошее. Но неподчинение могло обернуться еще более ужасными последствиями. Поэтому подошел ближе и даже склонил голову перед своей госпожой. Игла для вышивания вошла в шею безболезненно. И у Антоника занемело практически все тело, лишь только голова еще могла кое-как двигаться.

— На счет иголки не переживай, у Нас есть ещё. И мы запросто можем найти им другое применение. Если, конечно, новость не окажется важной! — сказала Императрица, по прежнему сохраняя безмятежный вид.

Капитан с трудом смог ей ответить:

— Сегодня утром наши патрули поймали подозрительную женщину.

— И чем же она отличается от других сомнительных личностей?

— Она именует себя чемпионом Теура.

— Что ж, в таком случае ты правильно поступил, что сообщил Нам. — Марьяна резко сменила свой тон: — А теперь живо веди ее сюда!

Императрица вынула иголку, и офицер, поглаживая ранку на шее, удалился. Марьяна тоже не забывала о Буркандском соглашении, но не придавала этому большого значения. Она знала, что Теур не входил в число могущественных богов. Покровительствовал он всего лишь дельцам заключающим договоры. Тем не менее, это не помешало ему обзавестись верными последователями, которые, не смотря на свое полное бессилие, все-таки предпринимали отчаянные попытки вернуть город.

***

Солдаты ввели юную жрицу к императрице. Когда-то своими книгами буркандская библиотека славилась на весь мир. Ныне Тамина не могла сдержать слёз, глядя на пустые книжные стеллажи. Быть топливом — единственное применение для книг, которые смогли придумать рекийские солдаты.

Итак, Тамина предстала перед лицом императрицы. Хрупкая девушка выглядела вполне безобидно, но стража все таки надела на её руки тяжёлые кандалы. Глядя на неё императрица в очередной раз поразилась «храбрости» буркандских жрецов. Мало того, что они доблестно бежали из города в первые же часы нападения, так ещё вместо себя на переговоры прислали наивную девушку.

— Даже не думай врать. И так зачем ты здесь? — спросила Марьяна.

Лишь в эту минуту Тамина ощутила весь груз ответственности на своих плечах. Сделав несколько глотков воздуха, она обратилась к императрице.

— Вы нарушили договор о независимости Бурканда, но мой бог дает шанс на спасение — просто освободите город.

— Похоже, что Мы боимся гнева Теура? И что же он за это сделает?

Капитан Антоник вмешался в разговор:

— Разрешите доложить! При ней обнаружена вот эта корзина.

Императрица заглянула во внутрь, и там не увидела ничего поразительного.

— Гусь? Ты вообще кто: жрица или безумная птичница?

— Это перст Теура.

Марьяне пришлось вспомнить всё то, что говорилось о карающем пальце в договоре.

— Ты полагаешь, что Наши войска должны оставить город из-за этого гуся?

Она дала указание капитану Антонику, и тот, абсолютно не колебаясь, переломал шею птице. Мертвый гоготун больше не представлял опасности, и Марьяна продолжила разговор:

— На большее Теур не способен? Что же касается тебя, Мы знаем: буркандские жрецы сведущи в магии. Стража! Освободите ей руки, пусть продемонстрирует свое мастерство.

Тамина не знала, почему карающий перст не сработал, но решила, что демонстрация собственных способностей поможет переубедить императрицу.

— Хорошо, я это сделаю, дайте мне какой-нибудь ненужный предмет.

Кончно же, Марьяна не стала утруждать себя поиском бесполезной вещи и доверилась своему капитану.

— Антоник! Будь любезен.

Годы службы научили офицера понимать императрицу практически без слов. Антоник даже не стал дослушивать госпожу и бросил под ноги жрицы свой берет. Но Тамине пришлось отложить чудо, одного лишь предмета оказалось недостаточно:

— Ну а теперь нужно составить договор на использование берета.

После составления соглашения Тамина столкнулась ещё с одной проблемой: капитан не умел читать. Однако офицер был человеком подневольным. Не сдерживая смех, императрица, пером только что убитого гуся, поставила подпись за безграмотного капитана.

Нашёптывая заклинания себе под нос, Тамина крутила берет. В эту минуту все взоры были обращены только на неё, но с головным убором ничего не происходило. Капитана больше остальных интересовала судьба собственного берета. Но внезапно Антоник почувствовал головокружения. Дисциплина не позволяла проявлять слабость в присутствии госпожи, он сопротивлялся как мог. Только силы у капитана были не бесконечны, он свалился на пол.

Произошедшее развеяло все сомненья, Тамина действительно оказалось жрицей, но это лишь усугубило ситуацию.

— Достаточно, ты — действительно жрица. Антоник! Напомни, что Мы делаем со всеми магами?

Едва пришедший в себя капитан молниеносно отреагировал на приказ своей госпожи:

— Любой, кто владеет магией, подлежит обязательному призыву в армию, в противном случае его ожидает наказание.

— Видишь? Закон не на твоей стороне. Стража! Уведите ее!

***

Поздно ночью императрица проснулась в холодном поту, она не могла вспомнить сон, но странная мелодия не выходила из головы. Слушая её, Марьяна ощущала у себя в душе какую-то пугающую пустоту, из-за которой так и не смогла больше заснуть. Происходило что-то непонятное, пытаясь найти на это ответ она вызвала к себе в спальню капитана Антоника.

— Скажи Нам, ничего странного не происходило?

— Сегодня ночью попытался сбежать Ваш астролог Кастор. Но стража вовремя пресекла все его попытки к бегству.

Астролог начинал служить еще деду императрицы. И за полвека службы он не дал ни малейшего повода в себе усомниться. Внезапная попытка к бегству была не спроста, и Марьяна решила лично разобраться в причинах такого поведения Кастора.

Астрология занимала важное место в жизни рекийской империи, поэтому буркандской обсерватории посчастливилось остаться одним из немногих уцелевших зданий города. Хотя и без этого высокая башня выделялась на фоне других строений: сложный подъемный механизм, раздвижная крыша, а оснащённость приборами впечатлила даже бывалого астролога Кастора, совсем в неприкосновенности рекийцы не смогли её оставить. Но, признаться честно, флаг со звездным небом вполне гармонично смотрелся на фасаде башни. Императрица принципиально отказалась пользоваться лифтом и поднялась на последний этаж башни самостоятельно. У Кастора оказался весьма подавленный вид, он смотрел в пол и бормотал что-то невнятное себе под нос.

— Зачем ты решил сбежать? — поинтересовалась Марьяна.

— Прошу, просто выслушайте меня.

— Так и быть, рассказывай.

Кастор всегда очень щепетильно относился к приборам, поэтому достал влажную салфетку и тщательно протер телескопные линзы.

— Для начала посмотрите на небо, не замечаете ничего подозрительного?

Императрица взглянула в телескоп, но не увидела ничего примечательного.

— Да нет, звезды как звезды.

— А теперь, посмотрите сюда, — Кастор указал на карту звездного неба: — и скажите — есть там что-нибудь необычное?

Марьяна сразу же обнаружила неточность:

— Тут ошибка, этой звезды нет на небе.

— Карта была составлена в день Вашего рождения. С того самого момента я ежедневно сверял её. Это — Ваша звезда, и сегодня ночью она погасла.

Рекийцы не были обычными людьми, главное отличие заключалась в том, что они являлись тенями небесных светил. И потухшая звезда означала лишь скорую гибель императрицы. Но Марьяна не хотела это так просто признавать.

— Ты лжёшь?

— Вы сами знаете что это правда.

События последних часов упрямо говорили об одном, и Марьяне уже не было смысла себя обманывать.

— Понятно, несмолкаемая мелодия — песнь смерти. Звёзды не знают как Мы умрём?

— Увы, нет. Но я могу сказать — это случится в ближайшую пару дней.

— Похоже легенда не врет, и Нас действительно настигнет кара Теура.

***

Марьяна перечитывала копию договора о независимости Бурканда. Время от времени у нее возникал вопрос, каким это образом город не имеющий армии умудрялся на протяжении столетий сохранять независимость. Но ответ на этот вопрос удалось найти лишь сейчас. В этом не было ничего хорошего, через несколько дней ей действительно придется умереть, и всё из-за подписи императора Базиля в соглашении. Хотя и её предок тоже оказался жертвой последователей Теура, императрица не собиралась спокойно мириться с происходящим. Единственной, к кому она могла сейчас обратиться за помощью, оказалась приговорённая жрица.

Вы ошибаетесь если решили, что до нашествии рекийской империи в Бурканде все было идеально. Город населяли обычные люди, среди которых всегда находились те которые не желали жить по правилам и добровольно шли на преступления. Так что темницы тоже оказались неотъемлемой частью Бурканда. Только после того как к власти пришли рекийцы, городские казематы оказались переполнены пленными. Поэтому солдаты не смогли придумать ничего лучше, чем, предварительно осушив бочки со спиртным, отправить жрицу в винный погреб при храме.

Направляясь туда Марьяна понадеялась, что с Таминой все в порядке, но это было не совсем так. Тюремщик доложил ей, что жрица со вчерашнего вечера, застыв в одном единственном положении, не подавала никаких признаков жизни. Марьяне нечего было терять, она спокойно вошла в темницу и попыталась завязать разговор:

— Возможно, вчера Мы немного погорячились, но сегодня согласны на перемирие.

Тамина по прежнему сидела неподвижно, но на стене за её спиной императрица заметила неожиданно появившуюся надпись. Всего одно предложение, да и оно так же внезапно исчезло, как и появилось. Но Марьяна успела его полностью прочитать. В нём говорилось о том, что жрица была удивлена такими переменами в настроении императрицы.

— Ты обижена?! Но жрецы Теура не могут отказать в вопросах веры!

Тамина, хоть и была разозлена, но действительно не могла игнорировать просьбу императрицы:

— И что же Вас интересует? — спросила жрица, придя в себя.

— Насколько сурова кара твоего бога?

— Даже не знаю, Теур не любит повторяться. Обычно, каждый получает по заслугам.

— Ясно, но можно ли как-нибудь всё исправить?

— У Вас вчера был ещё шанс. Сегодна я не могу ничего сделать.

Ничего хорошего Тамина не говорила. Императрица подумала, что возможно дополнительный стимул поможет решить эту проблему.

— Мы не верим, что нельзя всё исправить. Насколько ты ценишь свою жизнь?

По первому приказанию Императрицы принесли бумагу с чернилами. Окунув гусиное перо в чернильницу Марьяна подписала приказ:

— После завтра тебе отрубят голову. И Мы единственные можем отменить казнь. Так что, в твоих интересах, чтобы Теур передумал.

Но угрозы оказались бесполезны.

— Вы можете сколько угодно угрожать. Но решать всё равно не мне.

Жрица оказалась права: бога уговоров было действительно глупо запугивать, но тем не менее это не остановило Марьяну:

— Теур заслуживает гораздо большего, чем маленький городок. Пусть изменит решение, и тогда его храмы будут строиться по всей империи.

— Как глупо, Вы пытаетесь подкупить бога. Но я постараюсь поговорить с ним.

***

Городской храм Теура — один из символов предыдущей власти Бурканда. Имперские войска не стали церемониться и не оставили в нем камня на камне: стены, колоны и крыша были разрушены, бесценные свитки сгорели, а деревянная статуя изрублена в щепки, лишь только ритуальные круги остались в неприкосновенности. Ведь среди мародеров разоряющих город, не нашлось тех, кто бы позарился на огромные металлические диски с непонятными символами.

Что же необычного было в этих кругах? Молитвы не всегда оказывались полезны, и чтобы поговорить с Теуром напрямую, создавался проход в Незримые пустоши. Каждый жрец знал как открыть портал. Но этот ритуал используется довольно редко, Хеорг проводил его всего лишь однажды. Открытие прохода было не самым сложным. Основная трудность заключалась в том, что на зов жреца могли откликнуться и многочисленные демоны. Для защиты от них и использовался огромный ритуальный диск из метеоритного железа.

Впервые после смены власти буркандский храм был заполнен людьми, хотя прихожан среди них не оказалась. На кону стояла жизнь императрицы, поэтому она лично сопровождала Тамину, ну а про стражников, составляющим им компанию, вы догадались сами. Хотя мало толку от такого количества наблюдателей, ведь живому человеку было не дано видеть Незримые пустоши. Но искусно нарисованные на веках глаза запросто справлялись с этой задачей. Тамина встала в самый центр диска и дала солдатам указание разжечь костер вокруг. Пространство внутри огненного кольца заволокло дымом, жрица закрыла глаза и произнесла заклинания открывающие проход. В окружении огня она начала дрожать от пронизывающего всё тело холода, и повсюду слышался едва различимый шёпот пустошей. Безусловно, ей удалось открыть портал. Несмотря на густые клубы дыма, Тамина прекрасно видела нарисованными глазами. Ей самой было любопытно увидеть истинный лик Теура. К разочарованию жрицы, бог уговоров явился в образе худощавого человека с проплешиной на голове и покрытыми сединой чёрными усами.

— Теур приветствует юную жрицу.

Происходящее не совсем укладывалось в голове Тамины. Она допускала возможность того, что эффективность железных кругов сильно преувеличена, и на зов явился демон. Но в таком случае не стал бы с ней разговаривать, а сразу попытался напасть, ведь жертве некуда было бежать. Другим богам вряд ли есть дело до чуждой им жрицы. Тамине пришлось признать то, что этот сумасброд и есть бог уговоров. Поэтому, собравшись с мыслями, обратилась к нему:

— Мой повелитель...

Бог уговоров даже не стал дослушивать свою жрицу.

— Можешь не продолжать. Теур прекрасно знает зачем ты здесь.

— В таком случае дай мне ответ.

— И почему же смертные такие зануды? Улыбнись, проживи свои последние дни в хорошем настроении, ведь Теур решил вознаградить тебя.

Мгновенье спустя в своей четырехпалой ладони он сжимал документ, подтверждающий освобождение Тамины от всех обетов жрицы. Но девушка не очень обрадовалась такому дару, ведь совсем не для этого она открыла портал:

— Повелитель, А что насчет Императрици!

— За неё не переживай. Она уже подписала приговор. Подумай о себе, ведь с нынешнего дня все в твоих руках.

***

Марьяна оказалась первым человеком, которого увидела очнувшаяся в лазарете Тамина. Судя по всему, императрица провела здесь всю ночь. Терпение было на пределе, но она не стала давать волю эмоциям и начала разговор с более тактичного вопроса.

— Как самочувствие?

— Могло быть и хуже. Кстати, сколько я провела без сознания?

— Четырнадцать часов. А теперь Мы желаем знать, что сказал Теур?

У Тамины не было хороших новостей для императрицы. И понимая, что узнав правду Марьяна не станет церемониться, бывшая жрица солгала:

— У Вас ещё остался крохотный шанс. Доверьтесь мне и всё получится.

Сказанные слова немного обнадёжили императрицу, и она спокойно покинула лазарет. Тамина осталась одна. Палата, в которой очнулась Тамина оказалась гораздо уютней винного погреба: просторная кровать, шкаф для одежды и трюмо с двухсторонним зеркалом. Впрочем, комфорт бывшую жрицу сейчас беспокоил в последнюю очередь. Казнь ещё никто не отменял, а дарованная Теуром свобода ни чем не могла помочь. О побеге можно было даже не помышлять, стража дежурила за дверью, а на окнах — решётки. Через них открывался вид на городскую площадь. К сожалению, с недавних пор главным украшением города стали виселицы с повешенными. Среди наказанных нашлось место даже для парочки рекийских офицеров.

В распоряжении Тамины осталось слишком мало времени, чтобы тратить его на разглядывание покойников. Она отвернулась от окна и посмотрела на свое отражение в зеркале. Вид оказался сильно потрепанный: из-за долгого сна у нее были взъерошенные волосы и покрасневшее глаза, вдобавок ещё на веках оставалась краска.

— На кого ты стала похожа? — обратилась Тамина к своему отражению.

Взяв в руки гребешок она начала расчесывать растрепанные волосы. Приводя в порядок свой внешний вид, Тамина продолжала беседу с отражением:

— Опять молчишь? А ведь сейчас мне не помешала бы любая помощь.

Прекрасно понимая, что всё таки не дождется ответа, Тамина взяла небольшую паузу. Отражение, естественно, молчало, тем не менее, секунду спустя на лице девушки появилась хитрая улыбка.

— Спасибо, ты все таки мне помогло.

***

На центральной площади Бурканда, освободившиеся виселицы дожидались новую партию приговоренных, в распоряжении Тамины оставалось все меньше времени. Впрочем, она была не готова начать обряд. У бывшей жрицы ещё оставались сомнения по поводу Марьяны:

— Проблема в том, что смерть уже идет за Вами. Но никто не запрещает нам перехитрить старуху, пожертвовав кем-то другим. Вы готовы на это пойти?

Императрица постоянно посылала людей на верную гибель, её ответ оказался более чем очевиден:

— Даже не сомневайся. Но Мы не верим, что ты решишься на этот шаг.

— Поэтому я не хочу, чтобы гибли невинные люди. Ваша участь перейдет ко мне. Не беспокойтесь, Теур защитит своего чемпиона.

— Так чего же Мы медлим?

— Пока не составлено соглашение, я ничего не могу сделать.

Составление договора заняло несколько минут. Выбор был не велик: императрица немного поколебалась, но все-таки дала своё согласие. И Тамина наконец смогла начать долгожданный ритуал. Кусочкам мела она начертила белую линию, разделившую комнату на две равные части. После чего бывшая жрица обратилась к Марьяне:

— Пусть стража поставит трюмо прямо на черту.

— Стража! выполняйте приказ.

Солдаты исполнили приказание госпожи и поставили туалетный столик на разделительную линию.

— Не пугайтесь, для ритуала понадобится наша кровь.

Марьяна вытащив нож, сделала два небольших надреза, на пальцах появилась алая кровь. Тамина перешла в другую часть комнаты:

— Оставайтесь на своей половине и не сводите глаз с отражения. Вам все понятно?

Марьяна понимала ценность каждого мгновенья, поэтому лишь кивнула в знак согласия. Бывшая жрица окровавленным пальцем написала своё имя на зеркале и попросила императрицу сделать то же самое.

Тамина начала вращать зеркало, говоря при этом на языке незнакомом императрице. Единственные слова, которые все-таки удалось разобрать Марьяне, оказались их имена. Зрелище было настолько завораживающим, что императрица больше ни на что не обращала внимание и погружалась в сон. Однако она не успела заснуть: внезапно остановившееся зеркало разлетелось на мелкие осколки. Но в них императрица не увидела собственного отражения. Зато Марьяна разглядела новое лицо Тамины. Облик хоть и отличался от прежнего, но императрица не могла не узнать себя. Посмотрев на свои руки Марьяна окончательно убедилась в том, что поменялась телом с Таминой. Разумеется, обман не понравился императрице, и она в гневе бросилась на самозванку. Но Тамина не стала сопротивляться ведь сейчас ей было достаточно крикнуть:

— Стража, на помощь!

Дежурившие за дверью солдаты быстро откликнулись на зов новоявленной императрицы. Они с недоверием относились к буркандским жрецам. Разумеется стража не подозревала об обмане, так что увиденная картина не стала для них неожиданностью. Солдаты схватили свою бывшую госпожу. Она ещё не оставляла попыток донести до них правду, только все оказалось тщетно: стражники проигнорировали все ее слова.

***

Напав на Бурканд, Марьяна хотела сделать его частью империи, начав писать историю города заново. Но увы, одна единственная подпись в договоре перечеркнула все планы императрицы. История города продолжилась. А вот империю ждали большие перемены, пришедшая к власти самозванка вряд ли забудет о своём покровителе, и храмы Теура будут строиться по всей стране, а имперские флаги заменят на буркандские знамёна.

 

Впрочем, Марьяне некого было винить кроме самой себя. Ведь Тамина не врала, когда говорила, что возьмет на себя участь императрицы. Что же касается завтрашней казни, то и этот приказ Марьяна подписала себе сама пером того самого рокового гуся. Все это походило на ночной кошмар. Но бывшая императрица не захотела посвятить сну последние часы жизни, и в качестве предсмертного желания попросила набор для вышивания.

 


Конкурс: Креатив 16